Можно ли жить
с музыкой, когда ты вечно в командировках?
// о вреде меломании.
Искусство
— это прекрасное. К нему тянется человек.
У меня
никогда не было запойного чтения, так,
чтобы я пропадал на несколько часов или
— того хуже — дней. Я тащусь как удав
по стекловате от кино на большом экране
с многоканальным звуком Dolby
digital. Но смотрю
фильмы дозированно, в основном по
настроению.
При этом в
силу ряда причин в музыке (преимущественно
электронной; танцевальной направленности)
я стараюсь быть по мере возможностей.
Меньше часа в день — верный предвестник
ломки и ужасного расположения духа.
Сейчас я совершенно далек от любительского
музицирования, а живые выступления
посещаю как придется. Дома маниакально
изучаю новости о свежих релизах,
отслеживаю ленту
подписок на именитых диджеев в Soundcloud
и на PromoDJ.
Более полусотни
человек еженедельно клепают миксы,
составляют промо-компиляции или готовят
к эфиру авторские радиошоу. Среди них
— как виртуозы пульта, так и просто
приятные артисты. Прочих же отслеживаю
из-за привычки и некогда громких имен.
Сколько времени ушло на фильтрацию
EDM-контента,
чтобы из имеющегося спектра исключить
проходной/низкопробный саунд! При том
что заграничными диск-жокеями я не
занимался так кропотливо, да и в Рунете
пропускаю, как бурлит жизнь в мире транса
или индастриала. На новые имена элементарно
нет времени, чтобы ознакомиться с
последними прорывами или проектами,
ставшими открытиями.
Необычайно
широкий кругозор, наравне с тем что в
целом приемлю качественную EDM,
затрудняет
мое существование. И как бы теряет меня
в пространстве не только электронной
музыки, но и звукозаписывающей индустрии
в целом. Мне ведь сносит крышу от джаза,
притом я могу послушать трип-хоп,
евродэнс, брейкбит, нью-диско, амбиент
или рэп. Иногда «закидываюсь» незамысловатой
женской попсой или вникаю в роковые
мотивы. Не чужда мне и классика, и
какие-либо вариации насчет нее.
Под
музыку можно делать все что угодно:
читать новости, писать тексты, рисовать
картины, заниматься сексом, готовить
еду, убираться в доме, черпать вдохновение, предаваться думам,
считать ворон…
Громадный
пласт мировой аудиокультуры мной по
сей день неизведан. Радости мало, с
другой стороны — понятно, что ничего
из ряда вон выходящего не произошло.
Вдобавок кручину сглаживает то, что (вы
только не удивляйтесь) я физически не
могу найти достаточно свободного
времени, чтобы посвятить его ретроспективным
сеансам.
Радиошоу
я уже почти перестал слушать. Обращаю
внимание только на то, что звучит в
радиоэфире, или знаковые выпуски.
Естественно,
я никоим образом не считаю себя аудиофилом,
поскольку симптоматика иная. «Теплый
ламповый» звук, величина сопротивления
коммутационных проводов, кристальность
построенного тракта, ровность дорожек
на CD
и
аутентичность звукозаписи — все это
вторично для меня. Хотя надо признать,
что люблю FLAC
и
m4a,
любую
стараюсь не слушать аудиосистему «на
нулях», mp3
из
сомнительных источников не вызывает у
меня ничего кроме подозрения, музыку
«вКонтакте» и через браузер проигрываю
крайне редко, ввиду того что звучит она
как правило пресно и невыразительно
(см. мой
прошлогодний вопль).
У
меня чудовищно запущенная стадия
меломании.
В
непосредственном окружении мало а)
ценителей хтонической природы музыки
и б) тех, может подсказать компромиссное
решение. В эту бездну мне нравится
падать, я бесконечно кайфую пропуская
звучащие ритмы через себя и мысленно
выстраивая трехмерную модель аудиоряда.
Спасательный круг либо вертолетная
веревка будут полезны, не спорю. Однако
радикальных действий предпринимать не
хочется. Избавляться от гигантской
коллекции — по меньшей мере неразумно.
Наверное, нужно поставить дополнительные
барьеры, чтобы фильтровать новинки мира
музыки более рационально. Но наличествует
маленький, зато весомый нюанс. Пространство,
которое сервисы хранения музыки
(Soundcloud, PromoDJ)
предоставляют
юзерам, лимитировано.
Не все диджеи могут покупать дополнительные
гигабайты (при том что один часовой микс
в максимальном битрейте для mp3
занимает
примерно 140 Мб), поэтому удаляют старый
материал перед публикацией нового.
Среди старого материала вполне могут
быть достойные произведения, которые
потом будет проблематично найти. Так
что приходится делать запасы.
От того, что
я не прослушаю промо- или special
date микс, не изменится ровынм счетом
ничего. Положа руку на сердце —
действительно так. Отчего же, почему же
дождик шлепает по лужам? В смысле моих
безуспешных попыток вобрать капли
музыкального дождя? Мне надо в идеале
прийти к определенному балансу. Когда
аудиопродукции получаешь столько, на
сколько хватит времени. Ну, для потомков
можно заиметь немного самых ярких и
знаковых альбомов данного года. В будни
на поглощение саунда я могу выделить
около часа плюс по паре-тройке часов в
выходные. В сухом остатке — 600 минут
еженедельно. Равно 10 миксам среднего
размера или альбомам (мало кто нынче
выпускает издания, которые полностью
бы выбирали 82-минутную емкость CD).
Вдобавок можно повторно отслушать
старые работы.
Не исключено,
впрочем, что в обозримом будущем я вдруг
примерю кресло управленца либо свяжу
себя с индустрией развлечений. Жизнь в
современной России довольно
непредсказуема.:) Тем самым выкрою чуть
больше часов на музыку. И все равно —
ее слишком много. Слишком много из-за
того, что умею и люблю сливаться со
звуковыми волнами в единое целое. Из-за
того что обожаю плавать по этим волнам,
по закольцованным ритмам, по спектрограммам,
по раскатистым взрывам брейкса или
транса, ловить камерные мотивы джаза
или соула, искать амплитуду аранжировок…
Оцифрованная в нули с единичками музыка
тем не менее воспринимается мной как
некое живое действо. И если она хорошего
качества, с точки зрения концептуальности
и продакшна не вызывает отторжения, то
я не могу относиться к ней как к набору
сыгранных нот, как к фоновой подложке,
как к форме времяпрепровождения. Тем
более в уютной обстановке, которая дает
сконцентрироваться на звучащем
аудиоматериале. Изысканные или самые
памятные композиции не могу быть фоном,
потому что рассчитаны на ценителя, на
искушенного зрителя. А во-вторых, разум
непременно извлекает из закромов
истории, связанную с некоторыми
произведениями. Любовь, победы, думы,
расставания, поражения, моменты
меланхоличной апатии, всплески эмоций,
экстаз… да просто калейдоскоп избранных
фрагментов. Его никуда не денешь, разве
что после амнезии он исчезнет. Так то
крайняя мера.
Мощнейший
психологический контекст у музыки. У
любимой музыки, которую холишь и лелеешь.
Не то животная страсть, не то наркотический
угар.
Надо… нужно…
чтобы исправить ситуацию. Знать бы, как.
В общем,
Фаина Георгиевна права: красота — это
страшная сила.