Commento mori

Если не получилось выиграть на спортивной арене, виноват… телевизор. Увы, но такой подход по-прежнему популярен. Под раздачу оплеух угодил комментатор «Формулы-1» Алексей Попов. Хотя надо сказать, что ситуация последних лет в главных мировых автогонках все явственнее отдаляет их от спорта в сторону шоу. А отдельные соотечественники мало того что не научились культурно болеть за команды или спортсменов, так еще и культура поведения в публичном пространстве им неведома.

Интернет поспособствовал нагнетанию истерий на ровном месте по любому поводу. Вчера в твиттере раскалилась атмосфера вокруг автогонок «Формулы-1». Точнее, вокруг ее многолетнего комментатора Алексея Попова. Больше 20 лет он комментирует на ТВ «королевские гонки» для русского зрителя. Еще вьюношей, не достигнув 20-летнего возраста, он попал на телеэкран и с фанатичной преданностью своему делу посвящает нас в подробности того невероятного мира, что считается королевой автоспорта.

Страшно представить, но 14 лет назад не было соцсетей, а интернет присутствовал далеко не во всяком домовладении. Тогда я, уже на протяжении двух лет интересовавшийся Ф1, из новостей узнал о том, что премьер Ferrari Михаэль Шумахер сломал ногу в Сильверстоуне и не сможет побороться за чемпионский титул. О хитросплетениях того сезона мне сообщали журналы «За рулем» и «Клаксон», трансляции я стал смотреть годом позже. Разумеется, я, 10-летний мальчишка очень смутно представлял себе, как дядечки на машинах, слабо напоминающих настоящие, те, что ездят по обычным дорогам, умудряются достигать и поныне запредельных скоростей. Разумеется, спустя определенный промежуток времени я узнал, что в 99-м демиургом чемпионского болида «Макларен» Мики Хаккинена был Эдриан Ньюи. Он же сейчас вылепил RB9 для действующего чемпиона Себастьяна Феттеля.

Почему демиург, а не конструктор? В Ф1 аэродинамика (прежде всего то, как обтекают воздушные потоки корпус гоночного болида, как прижимают его к дорожному полотну на тех или иных участках трассы) вершит бал. Достаточно найти малейшую лазейку в техрегламенте, чтобы прикрутить полулегальную финтифлюшку, которая конечно же обеспечит преимущество над соперниками — и можно стричь купоны, то бишь собирать очки для чемпионата и кубки за высокие результаты в гонках. В то время как оппоненты будут негодовать, охреневать и писать кляузы на тему того, что есть лазейки в правилах. Вкупе с приличным шасси, которое дает необходимую быстроту и маневренность в поворотах, отличная аэродинамика творит чудеса, делая болид недосягаемым. Создатель машины — зодчий новой реальности. В которой подиумы сменяются триумфами на Гран-при Ф1.

По меркам «Формулы-1» аэродинамические нюансы ощутимо прибавляют темпа машине. Основной закон этого искусства гласит, что сила сопротивления воздуха пропорциональна квадрату скорости. Сегодня, в эпоху мощных вычислительных платформ, что имеются в распоряжении всех гоночных коллективов, понятно, что Ньюи — феноменальный человек. Уместно вспомнить историческое противостояние Каспарова и программы Deep Blue.

То-то оно то, да не то

Отмотаем хронометраж на десяток лет назад. В Ф1 безраздельно властвует «Феррари». И так знаменитый Михаэль Шумахер штампует титул за титулом, бьет казавшиеся вечными рекорды… Итальянские жеребцы восхитительно гарцуют по трассам. Болельщики возмущаются, зрителям и просто сочувствующим тоже надоедает это доминирование. Даже я, переживавший за Михаэля и не переносивший на дух команду McLaren (ведь именно они обыграли Шумми в 98-м и 99-м), начинаю подтапливать то за Williams с отчаянным Хуаном-Пабло Монтойей, мощными моторами BMW и флегматичным Ральфом Шумахером, то за… «Макларен»! С Кими Райкконеном у руля. Правда, что с меня было взять в 15 лет…

Сейчас ситуация в общем-то схожая. Тоже немец (Феттель) тоже впереди всех, и никто не знает, как с ним состязаться на равных. Четвертый год царит такой расклад в «королевских гонках». Срок нескромный. Однако не обошлось без тонкостей, посему параллель неполная.

Азбучная истина, но не у всех тиффози Ф1 имеется достаточный стаж для ее принятия. Михаэль пришел в Скудерию в 96-м, уже сделав репутацию для скромной команды итальянского дома моды Benetton. Сделав за счет двух титулов. Погонявшись с фантастическими титанами Ф1 Аленом Простом, Айртоном Сенной (семь чемпионских титулов на двоих!) и Найджелом Мэнселлом. «Скудерия Феррари» на тот момент хирела и не ходила в фаворитах. Даже Профессор Прост не смог поднять ее из руин, и отправился за титулом в Williams. По кирпичику к 2000 году в Маранелло создали удалую конюшню и смогли обставить конкурентов. Потерпев болезненные поражения. Зализывая раны. Понимая, что их главный злой демон сидит не за рулем, а — за чертежным столом. Да, это Ньюи. Который пришел в McLaren в 98-м, нарисовав ранее два чемпионских «Уильямса» для Дэймона Хилла и Жака Вильнёва. Величие Шумахера лично я в полной мере осознал уже после того, как тот сделал паузу в карьере. Взяв пять чемпионский званий кряду и уступив два. По иронии судьбы, уступил он их Фернандо Алонсо, пилотировавшему… «Бенеттоны», перелицованные в «Рено». У Феттеля за спиной нет ничего подобного. А Ньюи теперь на его стороне. Кто знает, быть может, спустя годы нынешнее правление Себастьяна будет восприниматься совсем иначе и более спокойно. Ну а во-вторых…

Погнаться за длинным долларом

«Формула» слишком изменилась. Пусть она по-прежнему опасна для жизни, что показывают случаи с оператором Алленом и взрывы покрышек на минувшем Гран-при Великобритании. Зато она беззуба для гонщиков. Ты не можешь въехать в лидера, как Йос Ферстаппен в Хуана-Пабло Монтойю на Гран-при Бразилии. Иначе тебя оштрафуют, а команда и вовсе может не продлить контракт, поскольку такое «неспортивное поведение порочит дух честной игры и бросает тень на светлое имя Abcdef Team». Вот так. То, что при проектировании и модернизации болида ведется игра на грани фола, — это не смущает, однако. Ты не можешь сражаться за свою позицию, активно меняя траекторию. Ты не можешь специально вытолкнуть соперника с трассы или ненароком устроить массовый завал. Ибо завалят карму негативными импульсами. Последует штраф и далее по списку. В сегодняшней «Формуле» единственный соревновательный элемент состоит в том, что изнашиваются шины. Бензина у всех залито одинаково. Моторы и остальные детали конструкции редко выходят из строя. Так что побит очередной рекорд: до финиша добрались все 24 болида, стартовавших и преодолевших 310 км гоночной дистанции с колоссальной нагрузкой. Редкий дорожный автомобиль можно раскочегарить до 8-9 тыс. оборотов двигателя в минуту. А тут в два раза больше. Плюс космические боковые перегрузки. Плюс скорость в 300 км/ч как нормальная практика. Из удобств — трубочка с питательной жидкостью, дабы не было обезвоживания (пилоты гоняются по жаре, а внутри кокпитов температура как в пустыне). Забыта даже принципиальная вражда. На треке гонщики не воюют. Этапов в чемпионате — 20. Зачетные баллы набирает первая десятка финишировавших. Причем победитель получает 25 пунктов, а последний из очковой зоны довольствуется одним пунктом. Давным-давно в год проводилось максимум 16-17 Гран-при, а очки набирали сперва шесть, а затем восемь гонщиков. И не 25, а 10. И не было систем рекуперации энергии или активации антикрыла для обгонов — технологий, далеких от серийного автомобилестроения. Осталось перейти на гибридные двигатели и лимитировать их энергопотребление. Прогрессивно, чё.

Гигантские деньги, заполонившие пространство около Ф1, смутили умы организаторам гонок. В итоге дважды в месяц мы робко надеемся на форс-мажор или на то, что кому-нибудь удастся продраться сквозь ежовые рукавицы маркетинга и совершить маленькое спортивное чудо. Выжать все из себя и болида и не держать в уме, что «Джона нельзя обгонять, иначе мы не получим моторы на следующий сезон». Финансы не поют романсы, а диктуют свои жестокие правила. Чем больше очков наберет команда, тем больший куш она сорвет от спонсоров и от руководства «Формулы», в соответствии с Договором согласия. А тугой кошелек означает рост расходов на инжиниринг, рост вложений в скорость болида. Соревнование бюджетов, а не конструкторской мысли и тем более — не умения водить машину. Далекое от аутентичного спорта, не правда ли? В левом углу ринга находятся толстосумы, готовые на любые траты во имя виктории. В правом углу робко жмутся к канатам середнячки и аутсайдеры, подгоняемые прагматичными спонсорами. Каждый цент на счету, а направлять средства на то, что не приносит отдачи, они не могут. В Европе кризис, и вообще.

Двойной too much: зрительских эмоций и «большого цирка»

Наконец, планету охватил интернет. Или захватил. Недовольство, что вымещалось на соседях, в слезах или дворовых перепалках, направляется в Сеть. Сказывается низкий порог вхождения. «Диванная» аналитика морем льется на просторы глобальной паутины. Вместо трибуны — гаджет с выходом в интернет. Вместо пропуска — аккаунт. «Вместо тепла — зелень стекла, вместо огня — дым»… Никаких барьеров, зато полная свобода для выражения любых точек зрения. Финальный гвоздь в крышку этого котла видится в том, что потеряна ответственность за собственные слова. Коммент или пост в соцсети сам по себе ничтожнее, чем читательское письмо в СМИ или звонок во время эфира. Посредством прокси-сервера можно сохранить инкогнито, в смысле без лица и определенного места жительства. Никто не узнает, кто прячется под ником @#$%^ QRSTUVW. А там пиши, что хошь. (Статья по теме.)

Трудно принять новый мировой порядок в рамках Ф1. Даже мне, несмотря на 16 лет увлечения королевой автоспорта. Мне было непросто понять, что щуплый Феттель сравнялся по титулам с гениальнейшим Сенной, который ездил за гранью разумного и не терпел компромиссов на трассе. С Сенной, который погиб трагически, пытаясь опередить время. Уходит эпоха, и горесть от того, что не предчувствуешь новых времен, подкатывает там, внутри. Вне всяких сомнений, замечательно, что «Формула-1» существенно продвинулась в плане безопасности гонщиков. Но тех, кого брали в команду исходя из спортивной, а не финансовой состоятельности, кто сражался со временем, смертью и противниками, — их уважаешь. Перед ними преклоняешься. Потому что Лауда, Жиль Вильнёв, Аскари, Риндт, Ронни Петерсон. Страшные аварии на бешеных скоростях, когда вся надежда — на Фортуну. Она спасла лишь Ники Лауду. А сегодня в гонках часто нет ни контактной борьбы, ни рискованных маневров. Да, уровень пилотов вырос и «детских» аварий они избегают: уворачиваются, уходят с траектории, оставляют оппоненту пространство. Да, специальные компьютерные симуляторы и сутки, что тратятся на подготовку к Гран-при, дают о себе знать. Но гонки травоядны не в меру. Это как бокс мало того, что в перчатках, так еще и в панцирях. Туда бить запрещено, сюда бесполезно…

И ведь это понятно любому, включая школьника. Нужно просто прочувствовать Ф1. Ощущение подвоха усиливается по мере ознакомления с историей «королевских гонок».

Попов любит Ф1 искренне. Его профессиональный долг, наверное, не разрешает ему открыто болеть против «самовозок» Феттеля и той игры, что ведет Экклстоун, генеральный промоутер и владелец «большого цирка». К тому же Алексею нравится та борьба, что имеет место сейчас на Гран-при. Он ловит свой кайф от DRS, KERS и непредсказуемого расхода шин. Он в полной мере не может разделить наши эмоции. Он абсолютно не виноват, что Феттель побеждает, что Ньюи создает необъяснимые стремительные болиды год за годом. А зрители от досады вешают всех собак на комментатора. Порой переступая разумную грань:

«Суровые годы уходят борьбы за свободу страны, за ними другие приходят, они будут также важны». За почти 63 года «Формула-1» прошла тернистый путь, который вместил в себя много чего. Хотим мы того или нет, но она будет жить, невзирая на наше отречение и массовые гневные отповеди. Публика меняется, требует и получает новых героев. Автоконцерны, стоящие за командами, обретают новые рынки сбыта и укрепляются на них.

Большой спорт давно превратился в серьезный бизнес, где довлеют коммерческие интересы. Это в высшей степени печально и не соотносится с духом состязательства в мастерстве. Однако остановить этот молох не в силах ни мы, ни эксперты, ни скромный российский комментатор.

Нам же остается просто порадоваться, что на отечественном общедоступном ТВ — которое смотреть стало неловко и неподобающе, на котором практически не представлена политическая оппозиция, к которому в обиходе прилипло клеймо «зомбоящика» — работает талантливый профессионал своего ремесла, работает для нас с вами. Несмотря на джет-лэги, частую смену часовых поясов и сложности, с которыми сталкиваешься за границей. Он просыпается утром в гоночный уик-энд, идет по паддоку и треку и старается затем передать ту особую атмосферу гонок. Передать так, насколько это возможно. Для него Ф1 — не столько Феттель, Уэббер или Алонсо, сколько Фарина, Сёртиз, Кларк, Ройтеман, Алези, Панис, Патрезе… Вписавшие свое имя в историю «Формулы».

Если Феттель завоюет чемпионский титул и по итогам текущего сезона, то станет в один ряд с Хуаном Мануэлем Фанхио, в пятидесятые собравшим сразу четыре короны друг за другом. Справедливо? Ясно лишь одно: бэкграунд этих званий все равно будет несравним. Так или иначе, от современной Ф1 как-то и не ждешь другого. Это тоже история, чьи страницы пишутся на наших глазах. Может быть, спустя 25-30 лет внуки будут таращить на нас глаза и не верить, что королева автоспорта была такой…